ХОЛОКОСТ: РАССКАЗЫ ОЧЕВИДЦЕВ. КО ДНЮ ПАМЯТИ ЖЕРТВ ХОЛОКОСТА

АБРАХАМ ЛЕВЕНТ

alc0256m
Место и дата рождения: 1924, Варшава, Польша

Рассказывает об условиях жизни в Варшавском гетто [Интервью: 1989]

Голод в гетто был такой, что люди просто падали на улицах и умирали, маленькие дети попрошайничали и каждое утро, выходя из дома, ты видел покойников, накрытых газетами или какими-нибудь тряпками, которые прохожим удавалось найти, или тебе удавалось найти... люди увозили трупы на тележках, относили их на кладбище и хоронили в общих могилах. Каждый день тысячи и тысячи людей погибали от недоедания, потому что немцы просто не снабжали обитателей гетто продовольствием. Продуктов не было. Ты не мог пойти и купить что-нибудь поесть или получить паек. Ты был обречен. Если у тебя не было еды, тебя ждала голодная смерть, вот и все.

Как и другие евреи, Левенты оказались запертыми в Варшавском гетто. В 1942 году во время облавы немцы схватили мать и сестру Абрахама, а ему самому удалось спрятаться в подвале. Мать и сестра погибли. Абрахама отправили на принудительные работы недалеко от города, но он сумел сбежать и вернуться в гетто, к своему отцу. В 1943 году они оба были депортированы в Майданек, где отец Абрахама умер. Затем Абрахам прошел через лагеря Скаржиско, Бухенвальд, Шлибен, Бизинген и Дахау. Уже после того, как гитлеровцы приступили к эвакуации узников лагеря, Абрахам был освобожден американскими войсками.

ФЕЛА ПЕЖНЯНКО

2025
Место и дата рождения: 12 мая 1892 года, Закрочим, Польша

Фела была старшей из двух детей в еврейской семье, жившей в Закрочиме, городе на реке Висла недалеко от Варшавы. Ее отец был весьма уважаемым адвокатом. В молодости Фела работала шляпным модельером в Варшаве, пока, почти в тридцать лет, не вышла замуж за Моше Галека. Она переехала в близлежащий город Сохоцин, где у ее мужа была фабрика по производству перламутровых пуговиц. Фела и Моше растили четырех дочерей.

1933-39: В 1936 году Галеки переехали в Варшаву, привлеченные культурной жизнью столицы. Когда 1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, Моше предложил бежать в Палестину. Хотя Фела была убежденной сионисткой, она воспротивилась этой идее, так как не решалась все бросить и начать новую жизнь в другом месте. Варшава сдалась немцам 28 сентября 1939 года; в декабре Фела и ее семья уже носили обязательные для всех евреев нарукавные повязки со звездой Давида.

1940-43: Галеков переселили в Варшавское гетто в ноябре 1940 года. Семья имела комнату в доме, где жили еще несколько семей. Еда была скудной, и целые дни семья проводила дома, за разговорами. Семью миновали массовые депортации 1942 года, но в апреле 1943 года их поймали во время последней облавы, непосредственно перед тем, как гетто было уничтожено.

Во время облавы Фелу и Моше отлучили от их детей, поставили в шеренгу вместе с другими взрослыми и немедленно казнили.

По материалам Энциклопедии Холокоста

 * * * *

В страшном каунасском гетто уничтожили много евреев. Убивали. В один день, 28 октября 41-го года, расстреляли порядка десяти тысяч человек. А однажды, за один день, фашисты с полицаями убили всех детей. Их выманивали из домов музыкой. Тех, которых матери не отпускали, убивали на месте, прямо на глазах у матерей.

Потом наступило затишье.
А в 43-ем году все гетто перешли в ведение СС. И снова начались казни.
И один молодой 30-летний еврей, голый, стоя на краю рва, упал вниз с первыми звуками очереди. Его завалило телами. Он в ужасе стал выбираться.
Пытаясь вылезти, зацепился руками за бруствер. Полицай, засмеявшись, проткнул ему руки штыком. И он свалился обратно.
До ночи он лежал во рву.
И ров под ним дышал, стонал и шевелился. Ночью он выполз, встал на ноги и побрел в строну далеких огней. Набрел на хутор. Как-то перелез через забор и увидел у крыльца на веревке какую-то простыню. Он накинул ее на себя, поднялся и осторожно, пробитыми руками, стал скрестись в дверь. Дверь отворила молодая женщина. Он перешагнул через порог, навалился спиной на косяк и прошептал: "Спасите меня..." Она поджала губы и говорит: "Уходи от сюда! Если тебя здесь найдут - бьют и меня, и моих детей! Уходи туда, откуда пришел!" Он посмотрел на нее и говорит: "Не прогоняй меня!" И вот он стоит перед ней, изможденный, с пробитыми руками, в белом, и спутанные волосы все в крови прилипли ко лбу.
Он молчит.
И она молчит.
И она покачала головой: "Уходи!"
И вдруг из-за занавески выбежала маленькая светлая девочка, подбежала к ней, обняла ее за ногу, подняла голову и сказала: "Мама, не прогоняй его! Это же наш Бог Иисус Христос!"...
Они прятали его и ухаживали за ним.
Потом он ушел к партизанам. Воевал. Участвовал в самых дерзких операциях. Всех удивляло, что у него напрочь отсутствовало чувство страха. Погиб он уже в самом конце войны.
Я разговаривал с этой девочкой в 1988 году, в Каунасе. Ей было пятьдесят. Она была моложе, чем я сейчас. И я слушал ее, и меня знобило. И я ей говорю: "Ну да, конечно, изможденный человек, лоб в крови, руки пробиты, запахнутый в белое... Вы же тогда маленькая были, просто такое впечатление..." А она подняла на меня глаза, посмотрела спокойно и внимательно, покачала головой и говорит: "Вы не поняли. Это действительно был Иисус Христос".

Евгений Ройзман

В?е ?татьи рубрики "Точка кипения"